Россия: города, достопримечательности
Автопутешествия: зарубежные страны

Откуда: Когда: 01/2012

По маршруту: Бийск, Горно-Алтайск, Акташ, Укок

Рейтинг отчета: 0

Автор:

Via est Vita…
Муви-роад на Укок.
(Записки автостопщика)


Маршрут: с. Троицкое – г. Бийск – г. Горно-Алтайск – с. Артыбаш – мыс Кырсай – с. Балыкча – р. Чульча - долина реки Чулышман – пер. Кату-Ярык – с. Улаган – с. Акташ – с. Кош-Агач – Тархатинская дорога – КПП – развилка на Джазатор и Теплый ключ – Джумалинские ключи – пер. Теплый ключ – застава Аргамджи – оз. Гусиное – р. Музды-Булак – р. Кара-Чад – р. Ак-Алаха – могильник принцессы Укока – р. Ак-Алаха – брод Калгуты – перевал через хребет Кызыл-Таш – брод Аккол – пер. Бугумуюз – брод Джазатора – с. Джазатор – слияние Бары и Аргута – с. Джазатор – с. Кош-Агач – с. Курай – с. Акташ – с. Онгудай – с. Усть-Сема – Ая – г. Горно-Алтайск – с. Майма – с. Быстрянка – с. Троицкое

Парадокс жизни в том, что если заранее и тщательно все планировать, то в 9 случаях из 10 вряд ли этому предстоит осуществиться. Поскольку все предусмотреть невозможно, то обязательно появится причина, которая, подобно безжалостному и резкому мазку кисти живописца, скроет от нас все задуманное и так долго вынашиваемое в мечтах. Но, как ни старайся, а искать виновника бессмысленно, ведь секрет этого фокуса известен разве что одному Провидению, которое уж точно никому его не откроет. Вот и в этот раз у нас получилось рассмешить бога – поездка на плато Укок, запланированная год назад, была сорвана непредвиденными обстоятельствами. И в итоге, два человек из трех, от поездки вынуждены отказаться. Так я остался в гордом одиночестве, но с большим желанием осуществить задуманное. Напрасно пытаться себя убедить в том, что жизнь длинна и все еще успеешь, она не длинна и не коротка – она …быстра, а значит, надо спешить её жить, выжать из нее все возможное. Поэтому из двух вариантов - отказаться и признать свою беспомощность или все же попробовать и победить – я выбрал второй.

Итак, от винта…

От с. Троицкое, в котором у меня живут родственники, до Бийска меня отвез дядя. Там уже я приобрел в туристическом магазине недостающее для похода снаряжение, а в продовольственном – запас продуктов, с расчетом на неделю, поскольку на больший срок похода я не рассчитывал. Теперь я был полностью экипирован и готов к путешествию. Запас еды в рюкзаке приятно давил на плечи и придавал изрядную долю оптимизма.

Я не был окончательно уверен - попаду я на Укок или нет. Все же, путь не близкий, причем, места небезопасные со всех точек зрения. Маршрут я знал весьма и весьма приблизительно. Опыта подобного одиночного путешествия в горах у меня не было. Впрочем, с опытом же не рождаются… Когда в первый раз полетел один в Европу, тоже сначала тоже было некомфортно, зато теперь езжу туда, как в магазин за хлебом хожу.

Исходя из сложившейся ситуации, я решил действовать по следующему плану: преодолеть по пути Телецкое озеро и далее долиной Чулышмана через перевал Кату-Ярык и с. Улаган спуститься к Акташу с севера, а потом, смотря по обстановке, решить, куда двигаться дальше – или обратно на Бийск или на плато Укок. К тому же, в прошлом году нашей микро команде не удалось добраться к Телецкому с юга, и это было моим долгом – завершить начатое.

Бийский автовокзал. На рейс до с. Артыбаш, находящееся в западной части Телецкого озера, откуда берет начало река Бия, я не успел, поэтому поехал до Горно-Алтайска на автобусе, следующим транзитом до Мульты. Искренне позавидовал пассажирам рейса, ехавшим в Уймонскую долину – счастливые люди. Уж я подумал – не изменить ли мне маршрут? Так снова захотелось туда, к подножью Белухи. Когда я там – меня охватывает чувство, что я дома…удивительное место. Девушка (Полина) на соседнем месте ехала в Чендек, такой знакомый и близкий мне. Но… не время предаваться воспоминаниям – только вперед к намеченной цели.
Автобус от Горно-Алтайска до Артыбаша отправлялся во второй половине дня, поэтому я имел в запасе почти пять часов свободного времени, которое потратил на осмотр города, обед и интернет. Попасть в музей им. Чорос-Гуркина не удалась, так как он был закрыт на ремонт. Позже я узнал, что накануне из Новосибирска привезли мумию принцессы, а с сентября будет её постоянная экспозиция в музее, который и готовят именно к этому событию. Мировая паутина сообщила мне, что «прошедшей ночью в районе Акташа, Кош-Агача и Джазатора произошло землетрясение магнитудой около 5 баллов – жертв и разрушений нет». Дрожь земли тут же привязали к мистике – якобы принцесса ответила благодарностью за возвращение на Алтай. Еще одним из моментов моего пребывания в Горно-Алтайске стало то, что я начал процесс методичного стирания ног, последствия которого в течение следующей недели будут преследовать меня постоянно.

В автобусе познакомился с парой из Москвы - Ирой и Арсением. Ребята возвращались со сплава по Катуни и решили завернуть на озеро Телецкое. Что меня больше всего удивило, так это то, что в процессе общения, оба они одновременно умудрялись мне говорить о совершенно разных вещах, при этом я воспринимал от них информацию вполне адекватно, всецело понимая каждого.

В Артыбаш приехали под вечер. Единственным моим желанием было поскорее разбить палатку и уснуть. В последние годы побережье озера в окрестностях села претерпело большие метаморфозы – всё оно было занято частными домами, базами отдыха и кемпингами, так что честному путешественнику теперь негде и отдохнуть. Объединившись с москвичами, мы сняли на ночь двухэтажный домик недалеко от причала. Все удовольствие обошлось нам по 350 руб. с человека. При этом, в доме было все, что надо для жизни, включая холодильник, газовую плиту и даже телевизор, который, впрочем, я и в цивилизации-то не смотрю из-за неимения оного. Вечером поужинали под звездным небом и полной Луной, сидя на веранде. После Петербургских белых ночей Алтайские черные были непривычными для глаз. Вспомнились строчки: «Тьма, пришедшая с Телецкого озера, накрыла ненавидимый прокуратором Иудеи город». Но, не будем извращать классику.

Еще ранее, сразу по прибытии в село, я встретил прохожих туристов, из разговора с которыми выяснил, что они утром в 8 часов собираются на катере на южный берег озера до мыса Кырсай, куда мне и нужно было попасть. Я взял телефон лодочника на тот случай, если я решусь пойти с ними. Моей ошибкой было то, что я сразу же вечером ему не позвонил и не договорился о поездке, потому что когда я пришел на пристань около 8 утра и набрал его номер, то телефон сообщил мне, что лодка уже в 5 километрах от Артыбаша. Из-за этого просчета я потерял около 3 часов, которые провел в ожидании туристов, с которыми можно было бы объединиться и совместно нанять катер по адекватной цене. Но за все это время на горизонте не показался, ни один представителя этой породы, а брать катер на одного – так дешевле долететь из Новосибирска до Петербурга, причем бизнес-классом. Итогом моего «стояния на озере Телецком» явилось то, что спустя 3 часа ко мне подошла местная алтайка, которая, как я понял, играла роль администратора на этой пристани, и предложила за 1800 рупий, присоединившись к группе туристов, добраться до Кырсая. После некоторых взаимонедопониманий на 1600 рублях мы достигли консенсуса.

Катер оказался практически ВИПовским на 8 персон и достаточно быстрым – развивал скорость около 30-40 км/ч. За штурвалом стоял парень – алтаец, а точнее - убалар (местная народность, проживающая в верховьях Бии). Около часа по волнам и мы оказались у водопада Корбу (кустарник), находящийся на территории заповедника. Сюда привозят всех отдыхающих на озере туристов, рассказывают им вымышленные легенды и обменивают сделанные в Китае сувениры, на денежные знаки, произведенные в РФ. В общем-то, в Корбу я ничего необычного не увидел. Подобных водопадов, и гораздо более красивых, на Алтае тысячи, к тому же их созерцание совершено не зависит от платежеспособности посетителей. Снова полтора часа по воде и мы в конечной точке маршрута – на мысе Кырсай, вблизи устья Чулышмана. Причалили на пристань одной из баз отдыха.

Попрощавшись со своими попутчиками, я тронулся в путь, но не успел пройти и десятка шагов, как вдруг начался дождь, впрочем, кончившийся минут через 10. Тучи быстро испарились, и на небе вновь засияло солнце, а я отправился дальше по маршруту долиной Чулышмана. На мой взгляд, это одно из самых красивых и запоминающихся мест Алтая. С обеих сторон от русла реки, высокие горы взмывают к небесам, образуя каньон, иногда достигающий ширины в несколько километров. Дорога, повторяя изгибы Чулышмана, бежит среди разноцветных скал.

По пути дети-алтайцы на конях предлагали подкинуть меня до Балыкчи за 500 рублей. Я заметил, что с каждым годом они становятся все более навязчивыми, скоро будет, как в странах АТР.

Пройдя километра 4, около меня остановилась «Газель», которая тоже, видимо, ехала с базы на Кырсае. Ребята сами предложили подвезти. Сказали, что сами они из Подмосковья, и путешествуют по Алтаю уже несколько недель. Благодаря им, я преодолел 55 километров пути за 2 с небольшим часа. Мы миновали Балыкчу, которая, кстати, была основана в 7 веке, проехали село Коо и урочище Аккурум, с его «каменными грибами» и устьем Чульчи, на которой расположен водопад Учар. Аккурум, это то место, до которого нам в прошлом году удалось добраться, да и то только в пешем порядке, так как «Аккорд» отказался участвовать в заключительной части нашей авантюры из-за низкой подвески. Наслаждаясь открывающимися ландшафтами, опасными и безумно красивыми, мы ехали по дороге вдоль Чулышмана, в 7 километрах перед перевалом Кату-Ярык, ребята решили встать на стоянку, чтобы на утро проследовать дальше.

Попрощавшись с ними и пожелав удачи на пути, я прошел еще 6 километров и разбил лагерьна берегу Чулышмана, практически напротив перевала. В первую очередь, развел огонь – с дровами проблем не было никаких, поскольку весь берег был усеян валежником и сухими кустарником. Искупался в реке, вода в которой показалась мне парным молоком в сравнении с прошлым годом, потом обновил, купленный в Бийске армейский котелок, приготовив в нем на ужин рис с тушенкой.
Как удачно сплелись события сегодняшнего дня – если бы я ушел на катере в 8 утра, то не факт, что встретил бы этих ребят на «Газели», а значит, не преодолел бы с их помощью такого расстояния. Действительно, не знаешь, что для тебя есть благо. Получается, что если четко представлять цель и двигаться к ней, то сами события начинаются складываться в удивительный калейдоскоп последствий, результатом которого становится гарантированная помощь в осуществлении задуманного.

Под самый вечер к моему лагерю подошли парень с девушкой, которым я предложил расположиться рядом. Иван и Настя оказались такими же, как и я путешествующими автостопом по горной стране. До полуночи мы рассказывали друг другу о своих приключениях, и пили китайский чай. А наутро за завтраком выяснилось, что ребята мои земляки из Петербурга, из Озерков. Это же надо, в Питере никак не встретиться, а за 3 тысячи километров – пожалуйста. Который раз убеждаюсь, что мир тесен. Иван снабдил меня в дорогу большим куском пластыря, который мне очень сильно помог в следующие сутки. За что ему отдельное спасибо. Вряд ли я бы смог дальше идти не заклеившись.

Свернув палатку и упаковав рюкзак, не мешкая, рванул на приступ Кату-Ярыка. Погода благоприятствовала к пешей ходьбе. С каждым шагом я поднимался над долиной Чулышмана, петляя по извивающейся змеей дороге. За час и 10 минут преодолел перепад высот в 800 метров. Немного передохнув, и запечатлев себя на фоне каньона, направился в сторону Улагана.

Траффик автомобилей был достаточно большой, как в одну, так и в другую сторону, но я никого не останавливал, поскольку хотел дать организму встряску и преодолеть некоторое расстояние пешком. Километров через 25 остановилась встречная машина с новосибирскими номерами. Ребята (Ирина, Таня и Николай) спросили, сколько им еще до перевала и пообещали на обратном пути забросить меня до Акташа. Запас воды был исчерпан, а на возвышенности практически отсутствовали ее источники. Встречались только лужи с грязной водой и болота. Очень хотелось пить, особенно после того, как я съел шоколадку, оказавшуюся безумно вкусной на фоне потраченной мной энергии и приближающегося голода. Пройдя еще километров 7, недалеко от Пазырыкских курганов, меня застал дождь. Хотя он был и не сильный, но достаточно занудный. Тут пригодился плащ-дождевик, спасший меня от непогоды.

Остановившийся «УАЗик» с местными жителями подкинул меня до села Балыктуюль. Пока мы ехали, дождь закончился, и облака просветлели.
Не успел я надеть рюкзак, как увидел машину с возвращавшейся обратно новосибирской группой, любезно взявшей меня на борт. Было здорово оказаться внутри, тем более, что ноги я окончательно стер и передвигался, как на ходулях, держась буквально за воздух. Особенно это ощутилось спустя несколько минут. По хорошей дороге мы полетели как на болиде, я только и успевал ловить ручку подлокотника. Ирина оказалась отчаянным пилотом. Горные серпантины и высокая скорость, не позволяли расслабиться, а в голове кружили мысли о вечном. Перед Улаганским перевалом нас ожидал сюрприз в виде огромной поляны с дикой клубникой, которая на час остановила наше продвижение. Оказалось, что Ирина и Николай тоже из Петербурга, а направлялись оно на Манжерок. Через 2 часа мы были в Акташе, где каждый пошел своей дорогой.

Думать о завтрашнем дне и дальнейших своих планах у меня не было ни сил не желания. Отыскав более подходящее и удобное место для ночлега – на берегу ручья на окраине села, поставил палатку, искупался и лег отдыхать. Но до глубокой ночи мне не удавалось заснуть – болели мазоли. Уже перед рассветом ножом срезал омертвевшие ткани и немного поспал.

Наутро заклеил все это безобразие оставшимся куском пластыря, собрал имущество и направился на погранзаставу за пропуском, который он был заказан мной еще за месяц. Ночью, между попытками заснуть, я окончательно настроился на то, чтобы пробиваться на плато. Хотя каким образом это сделаю, я совершенно не представлял. Погода стояла солнечная, что помогло мне окончательно просушить вещи и обувь, промокшие накануне.

Пропуск получил без проблем – пограничник вынул его из толстой пачки листов в двести, сказав при этом, что это только десятая часть из всех, оформленных заранее. С одной стороны меня это вдохновило, так как во мне зажглась надежда, что кто-нибудь подбросит по пути, а с другой огорчило, поскольку с каждым годом все больше людей посещают это место, и не все из них идут туда с добрыми намерениями. Плотно позавтракав в местном кафе, я совершил поход в аптеку, где купил пластырь, спасатель и анаферон для лечения. Тут же на заднем дворе пустил их в ход, заклеив раны. После чего, идти стало значительно веселее.

Выйдя на Чуйский тракт, я увидел, что по ущелью движется огромная грозовая туча. Тут же приготовил плащ. Прогноз моего ближайшего будущего виделся мне не в самых радужных красках. Но тут Провидение меня не оставило – первая проходившая машина остановилась, и я временно стал ее пассажиром. Ребята сами были из Тюмени, и не первый год путешествовали по этим местам. Сейчас же они направлялись до Кош-Агача, куда меня и доставили в целости и сохранности. По пути мы посетили разрушенные ракетные шахты вблизи реки Кызыл-Таш, полюбовались с возвышенности в окрестностях Курая панорамой Северо-Чуйского хребта - его ледником Актру. Курайская степь, сменившись Чуйской, показала нам совсем другую природу - природу Монгольского Алтая. Это одновременно одно из самых солнечных и вместе с тем самых холодных мест в России, где абсолютный минимум был зафиксирован на отметке в 55 градусов Цельсия ниже нуля, солнце же сияет на небе ежедневно. При этом количество осадков настолько малое, что дома до недавнего времени строили с плоскими земляными крышами, хотя в этом году, со слов местных жителей, дожди идут довольно часто. Сама степь находится на высоте свыше 2000 метров над уровнем моря.

Кош-Агач, вопреки моим ожиданиям, оказался вполне большим населенным пунктом с хорошим домами и постройками, с достаточно развитой для этой местности инфраструктурой. Население поселка преимущественно казахи. На окраине со стороны Монголии размещены радиолокационные станции войск ПВО. Выпив чая в ближайшем кафе, ребята отвезли меня до развилки на с. Джазатор, откуда и начался непосредственно мой путь в Зону покоя Укок.

Для начала надо было добраться до КПП, находившееся в 40 километрах от Кош-Агача, а далее двигаться по дороге вдоль реки Тархаты на село Джазатор до развилки на перевал Теплый Ключ. Сейчас же передо мной лежала Чуйская степь, зажатая в кольцо горных хребтов, небо вдали чернело от зацепившихся за их вершины тяжелых туч. Проезжавшая на «Ниве» семья казахов, следующая до Джазатора, взяла меня с собой до КПП, где я отметил пропуск, а потом довезли до развилки.
Чем дальше от цивилизации, тем люди становятся проще и добрее, они как бы сбрасывают с себя защитную скорлупу, необходимую для защиты от цивилизованного общества. А сама дорога представляется, как аллегория жизни. Кто-то проезжает мимо, не акцентируя на тебе внимания, другие же охотно помогают. И не знаешь, встретишь ли ты этих людей снова… Возможно, им так же потребуется помощь.

Я стоял на дороге - вокруг не было ни души, только горы и отблеск бежавших в глубине долины ручьев. Несмотря на солнечное небо, тут холоднее, чем в Чуйской степи. Ветер гулял среди пустынных ландшафтов, и мне пришлось утеплиться.

Дорога казалась накатанной, но отсутствие антропогенного фактора создавало впечатление, что автомобили в этой местности принадлежат скорее к разряду случайных величин, чем к постоянному и закономерному явлению. Так что, когда на горизонте показался красный джип, явно не вписывающийся в местный антураж, я был немало удивлен. Моими новыми знакомыми оказалась семья из Прокопьевска – Слава, Лариса и их сын Вадим. Я понял, что удача меня не оставила, и сами духи этих мест ведут меня к желанной цели. С ребятами я добрался до Джумалинских ключей, что находятся под перевалом Теплый Ключ. Рядом заброшенный Калгутинский рудник, до недавнего времени успешно добывавший молибден и вольфрам, оказавшиеся вдруг ненужными. Джумалинские радоновые источники почитаются среди местного населения, как священные, на водные процедуры приезжают лечиться со всего Алтая и Тувы. Для удобства оборудованы домики с бассейнами, а около них из земли бьют родники с целебной водой.

Все туристические места в бараках были заполнены, поэтому пришлось поставить палатку. Ребята любезно пригласили поучаствовать в совместном ужине, состоявшем из шашлыков. Хочу сказать, что весь последующий путь я провел вместе с этой семьей, за что я им очень благодарен, ведь без них у меня ничего бы не получилось.
Перед сном, несмотря на вечернее похолодание, я постоял под радоновой струей, говорят, помогает от остеохондроза, а потом отправился спать. Однако сие мероприятие мне не удалось – до пяти часов промучился в надежде заснуть – снова ноги дали о себе знать, да и начавшийся дождь очень кстати дополнял и так не радостную для меня картину.

Чувствовалось, что Укок посылает испытания, проверяя на прочность. Но не страшно, человек именно препятствиями и растет внутренне, а как же иначе ему еще расти? Малейшее касание к распухшей стопе причиняло острую боль, отзывавшуюся во всем теле… С таким сюрпризом все мое предприятие оказывалось на грани срыва, а претерпеть фиаско практически перед самым финишем мне не очень-то хотелось. Выбора не было, раскалив на пламени зажигалки лезвие ножа, вскрыл очередную мозоль, по окончании залив все обильно перекисью водорода. Только после этого удалось заснуть на несколько часов.

Проснулся в бодром состоянии духа. Дождь прекратился, но все небо вокруг затянуто тяжелыми тучами, только в одном месте был небольшой просвет, периодически, то появлявшийся, то исчезавший. Ноги болели, но, по крайней мере, я мог передвигаться. Как всегда, на выручку пришел пластырь. Искупавшись в бассейне и попробовав воду из всех источников, я стал думать, что делать дальше. Был вариант идти пешком, но с моими ногами это мероприятие могло затянуться на неопределенное время, а повернуть назад я просто не мог. Это не укладывалось в моей системе координат. Конечно, это было дерзко с моей стороны, что я попросился продолжить свой путь в одной команде с земляками из Прокопьевска, и на мое счастье они не отказали, хотя сами пожертвовали комфортом.

Несмотря на плохую погоду, в перевал решили все-таки идти. К нам присоединилась еще одна машина – Лэнд Крузер. Я был поражен, когда узнал, что ее пассажирами, помимо взрослых – Алексея и Лены, являются и их дети - 3,5 лет и 9 месяцев. Вот это истинные экстремалы. В 11 часов начали движение. Алексей первый, мы за ним. Перевал Теплый Ключ – ворота на Укок - имеет высоту 2600 метров, подъем 7 километров и столько же спуск. Характерен тем, что дорога состоит из больших валунов, становящимся после осадков мокрыми и скользкими. По ходу движения встречаются небольшие ручьи, легко преодолеваемые вброд. Спуск опасен близко расположенным живым курумником, готовым сойти в любой момент, особенно во время дождя. Даже не предполагал, что машина способна преодолеть такие преграды. Малейший неверный поворот руля и мы могли вылететь с дороги, а дальше уже никто бы нас не удержал от падения в пропасть. Тем не менее, благодаря Славе - опытному водителю, практически балансируя на острие лезвия, и до сих пор не понятно, как разъезжаясь со встречными Уралами и УАЗиками, мы все же достигли вершины. Перевал и подступы к нему с обеих сторон были еще затянуты густой пеленой. Хребет Сайлюгем, за которым была Монголия, едва просматривался. На вершине перевала было небольшое озеро, но купаться не очень хотелось в тот момент. Спуск под нависшим курумником прошел без проблем – и здесь Хранители этих гор дали нам шанс остаться целыми и невредимыми. С левой стороны осталась заброшенная застава на границе с Монголией.

Наконец, выехав из ущелья, перед нами открылось долгожданное плато Укок. В этом таинственном месте, находящемся на границе России, Китая, Монголии и Казахстана люди жили с древних времен. Здесь проходил перекресток миграционных путей скифов, сарматов, гуннов. Да и сколько еще неизвестного таится в этом сакральном месте?! Сейчас Укок используют в качестве зимних пастбищ.

Дорога следовала вдоль русла реки Калгуты, иногда пересекая ее с одного берега на другой, а порой даже ехали по самому руслу. Через некоторое время навстречу выехали 2 внедорожника с тюменскими номерами. Их суровые пассажиры, лениво окинув нашу машину опытным взглядом, сказали, что мы сможем перевалить через Курсул и Бугумуюз, чтобы выйти на село Джазатор, тем самым закольцевав маршрут. Основная проблема – форсировать одноименную реку, но, в принципе, все реально.
Справа мы увидели заставу Аргамджи, тоже оставленную пограничниками. Решили съездить и устроить фотосессию. Застава находилась прямо напротив самого большого ледника Алтая – Табын-Богдо-Ола («Пять священных вершин»), стоявшего на границе России, Монголии и Китая. Увидели его мы только утром, поскольку он был скрыт тучами. Практически все постройки были в полуразрушенном состоянии, за исключением караульного помещения, наблюдательной вышки и бани. Военные оставили заставу около десяти лет назад, и за это время природа постепенно отвоевывала свою территорию обратно. Под крышами и на вышке птицы вили гнезда, в казармах поселились грызуны. Застава напоминала маленький город-призрак, в спешке покинутый людьми после ядерного апокалипсиса.

Уставшие от нелегкого пути, решили тут и заночевать. К тому же приближался вечер, а ехать на ночь глядя было нецелесообразно. Проверив исправность печи, Алексей предложил растопить баню. Идея оказалась очень привлекательной и даже в чем-то романтичной. Заполнив бак водой из ближайшей реки, мы разожгли огонь, а позже уже грелись в тепле.

С каждой ночевкой температура становилась все ниже. На Укоке высоты колебались от 2400 до 2800 метров, поэтому ночью пригодилась вся одежда, которая у меня была.

Утром Укок подал нам добрый знак – облачность исчезла, и все пять вершин Табына открылись нашему взору. Искрясь и сверкая на солнце ледник был ослепительно бел. Непередаваемое зрелище. Только ради одного этого надо было преодолеть столь нелегкий путь.
Кстати, с погодой нам очень повезло. За время нашего путешествия на плато не было ни одного дождя, солнце светило в течение всего дня, ветер не чувствовался, а ночное небо поражало алмазной россыпью звезд. Обычно погода меняется здесь очень быстро, с утра может быть солнце, в полдень дождь, затем снег, а после опять тепло, и так до бесконечности. Хозяин Укока встречал нас, как лучших гостей.
Позавтракав и собрав лагерь – двинулись дальше. Пред нами стояла задача отыскать дорогу на перевал Курсул. Со слов суровых парней, встреченных накануне, надо ехать вправо от заставы, чтобы на него выйти. Так мы и поступили. Но в ходе рекогносцировки, обнаружили непроходимые болота, вставшие на пути, и были вынуждены повернуть обратно к заставе. Возвращаясь, мы, сами того не желая, окончательно разрушили мостик через реку Аргамджи – прохода двух машин он не смог выдержать. Следующие десять километров мы двигались долиной Калгуты вдоль, когда-то снабжавшей заставу линии электропередачи, у самого подножья Табын-Богдо-Ола.

Часто встречались небольшие реки и ручьи, форсировать которые не составляло труда, гораздо более сложной преградой оказались большие лужи, заполнявшие глубокую колею дороги. Со стороны машины выглядели, как крейсера, изящно глиссирующие по водной глади. Особенно трудным стала переправа через Аргамджи, но это уже совсем друга река - данный топоним встречается здесь повсеместно. Когда Алексей зачем-то захотел объехать лужу-реку справа, его Крузер намертво завяз в ее топких болотистых берегах. Попытка выдернуть машину с помощью нашей Мицубиси никаких результатов не принесла – она еще глубже закопалась в илистое дно. Мы пробовали подложить под колеса бревна и камни, но все было тщетно. На счастье в километре от нас стояли геологи из Газпрома, которые КАМАЗом вытащили Лехину машину. Причем, сначала трос зацепили за железный штырь на бампере грузовика. При рывке штырь оторвался, и со скоростью пули пронесся мимо застрявшей машины. Хорошо, что никто не встретился на траектории его полета, а то точно пробил бы насквозь. В перерывах между высвобождением джипов из болот, геологи ведут подготовительные работы по прокладке газопровода через Укок на перевал Канас и далее в Китай. Местные говорят, что через 3-4 года сюда можно будет добраться на легковой машине по асфальтной дороге. Жажда наживы наших горе-руководителей, может окончательно превратить Зону покоя Укок в Зону непокоя. Но хорошим это надругательство над природой вряд ли кончится, достаточно вспомнить землетрясение после раскопок могильника на Бертеке.

Искупавшись в Гусином озере, поехали дальше. Дорога шла вдоль столбов с сохранившейся на некоторых участках колючей проволокой. Полоса отделяла 5-ти километровую приграничную зону. Складывалось впечатление, что врагов у нас нет – заставы брошены, рубежи охраны отсутствуют, а может так и задумано, чтобы не создавать препятствий нашим восточным товарищам?! После форсирования рек Кара-Чад и Музды-Булак вершины Табын-Богдо-Ола и горы Найрамдал остались в стороне, а впереди открылась панорама хребта Южный Алтай, за которым простиралась Поднебесная и Казахстан. Внизу плавными красивыми изгибами текла река Ак-Алаха. Переехали по мосту через реку и снова двигались вдоль колючки.

Через несколько километров достигли урочища Бертек, по которому прямо около дороги расположены множество могильников. Возле кургана принцессы, обозначенном большим стендом, стояла группа туристов, пришедших сюда на лошадях. Проводник из местных, на наш вопрос о дороге на Джазатор, сказал, что мы движемся в противоположном направлении, а впереди действующая погранзастава Ак-Алахинская (Челябинская), дальше которой нас не пропустят, поскольку там начинаются перевалы, ведущие в Китай и Казахстан. Ехать же нам надо по «машинной дороге» вдоль правого берега Ак-Алахи по направлению брода через Калгуты, а потом, через хребет Кызыл-Таш на Аккол, за которым начинается подъем в Бугумуюз. Но это сейчас я четко представляю данную нам информацию, в тот момент мы были похожи на слепых котят. Указанная вдоль Ак-Алахи дорога, то терялась, то разветвлялась, меняла направление, исчезала - сплошная мистика, словно мы попали в картину Пикассо и ехали сквозь параллельные измерения пространства. Мы взбирались в крутые холмы, чтобы потом скатиться в глубокую низину. В итоге, оказались выше по течению Калгуты, далеко от места переправы. Хотя, подобие брода существовало, но форсировать его нашими машинами было бессмысленно - сильно течение и крупные валуны сводили на «нет» все наши надежды.
Возле реки увидели конных туристов с местными проводниками. Пообщавшись с ними, поняли, что находимся совершенно в другом месте, нам необходимо возвращаться к Ак-Алахе. Снова начались безумные скачки по холмам. Порой казалось, что мы попали в лабиринт без возможности выбраться из этого замкнутого круга.

Спустя час, на нашем пути встретилась туристическая группа, с которой мы пересеклись на Бертеке. Они проводили нас до спасительного брода через Калгуты и показали, как его надо пересекать. Глубина его составляла около метра в самой глубокой части, скорость течения 2-3 метра в секунду на протоке. Для лошадей он был не очень сложным, в отличие от нашей ситуации. Его предстояло переходить по диагонали против течения, а это грозило тем, что машина Славы, имевшая не такой большой клиренс, как Крузер Алексея, могла набрать воду в воздушный фильтр от набегающей волны, поскольку шноркеля у него не было, а двигатель получить гидроудар. Ситуация, мягко сказать, обещала не лучшие перспективы - застрять на краю цивилизации с вышедшей из строя машиной. Решили просто не думать об этом. Леха поехал первым. Без особого труда он достиг глубокого места брода, развернув машину под еще больший угол и нырнув капотом, уверено перебрался на противоположный берег. Мицубиси Славы и пассажирам, то есть нам, пришлось намного хуже. Решили двигаться до протоки, а там тросом привязываться к Лехиному Кукурузнику, а дальше надеяться только на Далай-Ламу и «авось». Так и поступили. Добравшись до протоки, остановились. Леха и Слава сцепили две машины тросом. Этот процесс занял некоторое время, в течение которого нам снова представилась возможность почувствовать себя пассажирами «Титаника». Встречная волна раскачивала машину, а вода прибывала в салон, заполнив его сантиметров на 20, утяжелив и так нелегкую машину. Стало немного не по себе. Но вот мы покатились вперед и с диким ревом двигателей обеих машин, мы благополучно пересекли Рубикон. Из открытых дверей хлынул поток воды, вслед за которым выползли и мы в состоянии легкой истерии, сменившей чувство паники. Двигатель оказался в порядке, хотя фильтр был в воде, так что Славе пришлось его заменить на новый.
Получив мощный выплеск адреналина, и находясь в состоянии эйфории, мы продолжили путь. Как и всегда за последнее время, шли по интуиции. Экстрим продолжался в следующие несколько часов, прошедших в преодолении перевала через хребет Кызыл-Таш, разделявший реки Калгуты и Аккол. Ездил ли по нему кто-нибудь до нас на машинах неизвестно, дороги через него мы так и не нашли. Взбирались вверх наугад. Машины шли под углом 30-35 градусов. Порой теряли друг друга из виду за складками местности. Но за нашу упорство мы были награждены сполна - с вершины перевала открылся восхитительный вид на Табын-Богдо-Ола и Южный Алтай, у подножия которых, петляли Калгуты и Ак-Алаха. Хотелось остаться тут навсегда… Дальше был не менее сложный, но интересный спуск к реке Аккол. Ехали, как всегда надеясь на Будду, Аллаха и древнего бога славян – Перуна. И не напрасно - они сделали все возможное, чтобы мы благополучно спустились к реке и перебрались бродом, выехав на дорогу к перевалу Бугумуюз.

Поскольку время близилось к вечеру, идти наверх было решено с утра. Проехав на пару километров ближе к перевалу, разбили лагерь на берегу ручья. Под вечер стало совсем холодно, поэтому, поужинав, сразу легли отдыхать.

Наутро были заморозки, полотенце, оставленное мной на улице, превратилось в деревяшку, замерзла вода в бутылке. Но после того, как из-за горы вышло солнце – сразу потеплело. Умываясь, я как всегда, искупался в горном ручье – теперь можно жить.

После завтрака продолжили дальнейшее движение. Дорога была наезженной и сухой, так что до середины подъема шли уверенно и быстро. Сложности начались, когда на пути возникла согра – верховое болото. Для Крузера оно не представляло опасности, в отличие от нас. Ехали по грязи, которая забивала протекторы колес, от чего машина пробуксовывала или скользила по поверхности камней. Один раз даже пришлось нас вытаскивать с помощью троса и Лехиного везедхода – мы зацепились брюхом за огромный валун, так что колеса повисли в воздухе. И вот мы на вершине Бугумуюза. С этого места можно изучать географию Алтая - со всех сторон были горы. С востока на юго-запад протянулись снежной стеной – Сайлюгем, Табын-Богдо-Ола и Южный Алтай, с юго-запада на восток сияли непреступными вершинами Северо-Чуйский и Южно-Чуйский хребты. Казалось, что мы стоим в центре мира, вокруг нас все было пропитано гармонией, это место было точкой соединения покоя и равновесия. Но, пора было спускаться вниз. Прощальный взгляд, и Укок остался позади…

Спуск с перевала прошел без осложнений. Правда, ехали медленно, поскольку приходилось маневрировать между камнями и болотами. Попадавшиеся на пути кусты жимолости, тоже оказывали влияние на скорость, так как ее поедание значительно замедлило скорость нашего передвижения.

Вот и Джазатор – наше последнее препятствие. От него зависит наша дальнейшая судьба. 50 метров отделяют нас от цивилизации, хоть и весьма условной. Вспоминая наши подвиги, возвращаться на Теплый Ключ не очень хотелось. Леха, долго не мешкая, направил машину в реку. Не прошло и минуты, как он традиционно оказался на другой стороне. Судя по тому, что вода доходила до середины дверей, глубина оказалась большей, чем мы рассчитывали. Попытка Крузера перетащить нас буксиром при выключенном двигателе результата не принесла – слишком мы были тяжелы. Поэтому решили поискать в ближайших окрестностях другое место для переправы. В какой-то сотне метров увидели следы колес, также уходивших к реке и продолжавшиеся на другом берегу. Было предложение двигаться по течению по руслу, перебираясь по островкам, но сильное течение и глубина в протоках между ними не позволяло это сделать. Чтобы проверить глубину и обозначить траекторию пути, Алексей переехал на нашу сторону и вернулся обратно. Мицубиси погрузилась в пучину, царапая камнями днище, но уверенно продвигалась к цели. За счет того, что машина ехала по диагонали, а волна была со стороны багажника и правого борта, двигатель находился в относительной безопасности. Оставалось только не застрять в камнях. Еще несколько метров и… победа… мы это сделали, теперь мы на Большой земле.
На первый взгляд преодоление брода обошлось без потерь, если не считать оторванной защиты двигателя, но позже выяснилось, что ударом о камень был погнут кардан. Машина оставалась на ходу, только скорость ограничивалась до 60 километров в час.

Придя в себя от пережитого, продолжили движение по дороге в сторону с. Джазатор (с. Беляши). Село располагается в 140 километрах от Кош-Агача. Это, наверное, самый удаленный от цивилизации населенный пункт на Алтае. Село находится на слиянии Джазатора и Ак-Алахи, образующих р. Аргут. Живут здесь казахи, занимаясь в основном сельским хозяйством. Наиболее продвинутые, пытаются развивать туристический бизнес. Несмотря на свою отрезанность от мира, тут есть 2 оператора сотовой связи. Беляши еще называют «селом УАЗиков».
Моя последняя ночь в горах прошла в кемпинге на берегу Аргута, при впадении в него р. Бары, в пяти километрах западнее Джазатора. После всех приключений было здорово помыться в бане. Было грустно расставаться с новыми друзьями, ведь испытания, пройденные вместе, сплотили нас в единую команду и очень сблизили. Но таково селя ви, надо было двигаться своим путем.

Рано утром в 6 часов Слава отвез меня до границы села. Накануне местные сказали, что в это время должно быть такси до Кош-Агача, на котором я собирался уехать. Поскольку на дороге не было вообще никаких признаков жизни – пошел пешком, в надежде на то, что скоро кто-нибудь поедет мимо. Через 10 минут так и вышло, 2 УАЗика как раз и проехали мимо, не остановившись. Вскоре появился еще один, который меня подобрал. Этот оказался именно тем такси, о котором мне говорили. В салоне ехали казахи, молчавшие до самого Кош-Агача. Это и хорошо – никто не отвлекал меня от созерцания прекрасных ландшафтов за окном. Повсеместно попадалось большое количество курганов.
Через 4 часа были на месте. Расплатившись с водителем (500 руб.), направился на ближайшую автозаправку, где надеялся договориться о дальнейшем трансферте. На заправке встретил студентов СПбГУ, возвращавшихся из археологической экспедиции по Туве. У них сломалась одна из машин, и они искали транспорт, чтобы добраться до Барнаула.
У меня же был проверенный на практике способ – автостоп. Не пройдя по тракту и сотни метров, остановилась Лада с алтайскими номерами – водитель – казах довез меня до Курая. Особенность вождения местных заключается в том, что они не следят за спидометром, входят в повороты на скорости 150 км/час, а вылетают из них еще быстрее. При этом, рулят одной рукой, так как говорят по мобильному и порой не смотрят на дорогу, разговаривая с тобой. Невольно вспоминаются наши маршруточники.

Сразу за Кураем возвышался Южно-Чуйский хребет, вершины которого сияли снежной белизной. Но он остается ждать меня уже до следующего года.

Пройдя 2 километра по тракту, остановил КАМАЗ, следующий до Онгудая. Водитель сказал, что едет из Джазатора. Как же я его там не увидел? Всю дорогу он ругал наших демократов, олигархов и всю подобную шушеру, в чем я с ним всецело солидарен. Водитель оказался профессионалом своего дела. Он ловко управлял своим транспортным средством, хотя порой создавалось впечатление, что едет он с закрытыми глазами, успевая вздремнуть между поворотами. Из кабины открывался фантастический вид на тракт. Я чувствовал себя пилотом самолета, летящего над ущельями и перевалами. Особенно запомнился Чике-Таман, взвивающийся безумным серпантином в гору, а потом срывающийся с нее в долину.

Вот и Онгудай… Попрощавшись с водителем, зашел в кафе перекусить. Там же обедала группа туристов из Чемала, возвращавшихся обратно с экскурсии по Чуйскому тракту. Поскольку попытки остановить какой-нибудь транспорт не увенчались успехом, я попросился у экскурсовода доехать с ними до Усть-Семы, до поворота на Чемал. Она согласилась, а когда узнала, что я с Укока иду – вручила мне микрофон, и я все два часа в течение поездки рассказывал туристам о своих приключениях по Алтаю и другим местам, где я побывал, не забыв попиарить и Петербург…
Дальше я двигался очень быстро. Сойдя в Усть-Семе меня тут же взяли двое ребят на Жигулях и подбросили до Аи. Потом была машина до Горно-Алтайска и Маймы. Оттуда до Быстрянки, а далее на Газели до поворота на с. Троицкое. Путь от Джазатора до с. Троицкое я преодолел за 16 часов, сменив 10 машин.

Вот и конец моего путешествия.

Выбрать:

Можно разместить этот отчет в социальных сетях. Таким образом Вы помогаете популяризации сайта.

Яндекс.Метрика
По вопросам сотрудничества и размещения рекламы пишите plo@autotravel.ru